?

Log in

No account? Create an account

svpodlaskina


Записки о поездках и путешествиях


Previous Entry Share Next Entry
Дикий классицизм февраль 2015
svpodlaskina
Поездка удалась - мы посмотрели все, что планировали и даже больше! Поздравили наших мужчин на праздничном пикнике, а небольшое количество снега в Краснинском р-не Липецкой области дало возможность погонять им по нетронутому полю :-) Мало-мало, а в одном месте намело столько, что как всегда не хватило каких-то 500 м чтобы пробиться напрямую из села в село, но так как рубилово не было главной целью поездки, световой день заканчивался, а мы хотели посмотреть еще усадьбу Стаховичей, то пошли в обход :-)

Первая остановка была внеплановая - переезжая мост мы увидели выход скальной породы, колею к ней, накатанную рыбаками и решили остановиться :-)











Немного урбанизма.





Церковь иконы Божией Матери "Знамение" в селе Верхнедрезгалово.
Архитектурный стиль - классицизм.
Год постройки между 1826 и 1853.
Построена на средства помещиков П.Д. Коротнева и В.С. Субботина
Никакой больше информации об этом величественном, интереснейшем храме не нашла. А очень интересна его история и очень жаль, что он находиться в таком запустении и зарослях...
Село возникло в конце XVI века. Входит в список населенных пунктов Елецкого уезда писцовой книги 1620 г. Название села происходит от расположения села под Дрезгаловским лесом (от диалектного слова «дрязг» — хворост или жидкая песчаная грязь).









































Прежде, чем продолжить наше путешествие, мы решили устроить праздничный пикник и поздравить наших мужчин!

Все участники
Фото Дмитрия Лесникова



Поздравленная довольная мужская половина :-)





Ну и как в такой день не погонять на танчиках по нетронутым снежным просторам :-)











Счастье есть!



Церковь Казанской Иконы Божией Матери в селе Талица 1768 года постройки.
На территории Липецкой области сохранились всего несколько памятников архитектуры XVII века. Одним из них является Казанская церковь села Талица.
Возникновению этого памятника предшествовали события начала XVII века, когда в исторической округе города Ельца, восстановленного в 1591-1593 гг., возникали новые поселения - городки и сторожи, выполнявшие караульную и сторожевую службу на южных рубежах крепнущего Русского государства. В это время возникают город Лебедянь, известный с 1613 года, и Талицкий острожек, известный с 30-х годов XVII века. Около острога позднее выросло селение, которое считалось городом и называлось Талецк.
Церковь в Талицах - одна из самых интересных архитектурных загадок Липецкого края.
Архаичные формы памятника, постройка по типу «восьмерик на четверике», использование каменных блоков в основании и кладке стен указывают на то, что время закладки храма можно отнести к началу XVII века. Но более всего не дает покоя исследователям шатровое завершение храма. Дело в том, что шатровые завершения на Руси зародились еще в глубокой древности. В конце XVI - начале XVII века шатер стал излюбленной формой покрытия храмов. Он давал возможность придать зданию высоту, считавшуюся в глазах русского человека одним из признаков красоты, особенно на широких равнинных просторах. Но в середине XVII века патриарх Никон потребовал возврата к старым византийским формам и отказа от греховного стремления человека ввысь. С 1650 г. шатер был запрещен официально. Значит, шатровое завершение талицкого храма может считаться выполненным одновременно с возникновением церкви. Колокольня церкви построена не ранее XVIII века, о чем говорят ее архитектурные формы. В 1825 г. над трапезной был возведен восьмигранный купол и заложены нижние части храмового шатра, отчего архитектура церкви потеряла былую стройность и приобрела эклектичность.














Икона написана на досках:









Живописнейшие руины более поздней церкви рядом.
Снаружи ничего примечательного, а внутри много интересного... Особенно поразили своды. Понятно, что в советские времена там был склад, для чего там прямо по росписям возводили стены и клали перекрытия...
А на некоторых сайтах можно увидеть фото 2012 года, где купол еще не рухнул, хотя он имел большие дыры...



























Водонапорная башня в селе Талица.
Ни год постройки, ни историю башни выяснить не удалось...





Вход заколочен.



Но нам удалось заглянуть внутрь вот таким образом )))





Фото Николая Морозова:




Каньон урочища Аргамач-Пальна.
Неописуемая мощь этого места зашкаливает!
Немного о происхождении названия этого места:
Название произошло от возвышенности Аргамач и речки Пальны. Имя речки от слов пал, пальное место. Так назывались степные пространства, которые в XVI в. и, видимо, раньше выжигались для преграждения пути кочевникам с юга на Москву. Не исключено и такое объяснение: речка в некоторых старых источниках записана как Полна, Полная, Польная. Возможно, что название произошло от слова поле. Речка, текущая через поле, т.е. через безлесную местность. Гора Аргамач упоминается в отписке елецкого воеводы И. Мясного 1593 г.: «и от городовые стены (города Ельца - ВП) вниз по Сосне до острожной башни, которая на Аргамачьей горе, острог не поставлен» (Анпилогов, 356). Строительство башни, а затем и острога и послужило толчком к возникновению здесь населенного пункта. Происхождение названия горы неясно. Возможно, что это перенесение названия горы в Ельце (в документах, - Аргомачья, Агромачья, Громачья). Вот что писали орловские краеведы около сотни лет назад: «Название свое село получило, согласно преданию, от слова Аргамак. Так якобы называли коня Тамерлана. Восточный завоеватель имел стоянку в этой местности»

Следующие 5 фото Николая Морозова:





















Распадок с огромными валунами, которые как-будто застыли в движении!































В Талице живут очень творческие люди, впрочем, как и во всей Липецкой области. :-)









А это уже не менее творческие жители села Трегубово :-)

Сани и телега (вид сзади)



Вид сбоку :-)



Усадьба Стаховичей в селе Пальна-Михайловка начало 20 в.
В стилевых формах позднего классицизма.

Официальное описание: Нынешний дом построен в 1910 г. на месте сгоревшего двумя годами ранее деревянного дома, сооруженного 1820 г. по проекту архитектора А.Л. Витберга (1787—1855). Каменный дом полностью воспроизводит планировку и архитектурное оформление своего утраченного предшественника.

Сейчас, судя по виду, это клуб.

Пальна Известна с последней четверти XVIII в.
Принадлежала тогда масону, другу просветителя Н.И. Новикова - Михаилу Перваго.
Название село получило по р. Пальна (см. Аргамач-Пальна) и по имени первого владельца Михаила Перваго.
В 1820-е гг. усадьба Перваго перешла во владение Стаховичей - известных культурных деятелей.

"Когда я описываю Пальну, я вижу старое русское дворянское гнездо... Это была талантливая, культурная семья, дружная и спаянная, дерево, крепко вросшее в родную землю. Я рад, что застал еще время его цветения, прежде чем налетевшая буря не вырвала его с корнем''.
М.А. Стахович


Семья елецких дворян Стаховичей широко известна своей ролью в культурной жизни России. Пальну посещали Л.H. Толстой, И.Е. Репин, К.С. Станиславский. «К семье Стаховичей я всегда относился с особым уважением, Александр Александрович, Софья Александровна и Михаил Александрович тогда навещали меня. Они были приверженные пушкинианцы, за что я посвятил им свою картину «Пушкин на набережной», — так писал И.Е. Репин в своих воспоминаниях 7 сентября 1913 года. Великий русский художник И.Е. Репин неоднократно посещал в Пальне Стаховичей, написал там несколько своих лучших картин.
Важно не только то, что Паленская усадьба Стаховичей и их семья оказала влияние на русское художественное и театральное искусство, но и Стаховичи внесли значительный вклад в развитие народного прикладного искусства — художе-ственного кружевоплетения.
Александр Александрович получил прекрасное образование, был человеком энциклопедических знаний, страстным любителем литературы и театра.
Его образ прекрасно очерчен Владимиром Алексеевичем Гиляровским в его книге «Москва и москвичи». «Перед нами стоял старик с белой шевелюрой и бородой. Он делился своими воспоминаниями с соседями, слышались имена: Лермонтов, Пушкин, Гоголь. Это был А.А. Стахович, коннозаводчик и автор интересных мемуаров, поклонник Пушкина и друг Гоголя. В своем имении Пальне под Ельцом он поставил в парке памятник Пушкину, бюст на гранитном пьедестале».


















Вот описание усадьбы самим Стаховичем:
«Старая «Первовская» усадьба находилась на Михайловской стороне. Большой серый деревянный дом с белыми колоннами и зеленой крышей состоял из двух домов: двухэтажного главного здания и другого поменьше, соединенных длинной залой. Постройка была XVIII столетия, какого-то довольно сложного, полумавританского стиля, с куполами, полукруглыми окнами. Но старина ли сгладила углы, или постиг архитектор какой-то секрет, несмотря на причудливый стиль, это было очень гармоничное и очень русское целое, типичный до мельчайших подробностей старый барский дом. Комнаты были низкие, не очень светлые и носили еще названия ушедшей эпохи: девичья, сени, диванная. В столовой висели почерневшие фамильные портреты, писанные крепостными. Двери красного дерева с накладными бронзовыми гениями и венками вели в залу. В этой единственной светлой комнате в четырнадцать окон, с гравюрами в тоненьких рамах и большими бюстами Щепкина и Садовского, со странным диванчиком в виде латинской буквы S для двух собеседников, сидевших вполоборота друг к другу, носившим какое-то сентиментальное французское наименование позапрошлого века, со старинным роялем и диваном и креслами по углам, сосредоточивалась общественная жизнь дома. В биллиардной, куда уединялась мужская молодежь, биллиарду было, верно, за сто лет, и сработан он был крепостным столяром. Мне думается, что обстановка дома сохранилась в главных чертах с первовских времен.
Перед главным подъездом дома огромный четырехугольный двор, окаймленный приусадебными службами, домами главноуправляющего, управляющего господской конторой, конюшнями, людскими. Посреди был разбит классический палисадник. От двора шла аллея, кончавшаяся двумя белыми кирпичными столбами — башенками. За ними находились хозяйственные строения, скотный и птичий дворы, амбары, гумна. Потом опять два больших белых столба сторожили въезд в усадьбу, а там, дальше, расстилалась необозримая гладь с куполами далеких церквей на горизонте. По другую сторону дома высокий балкон-терраса вел в сад. Обширный и тенистый, с огромными вековыми деревьями, белыми статуями греческих богов и богинь, каменными беседками и памятником Пушкину, он спускался к нашей веселой, извивающейся среди плакучих ив речке Пальне; слева, постепенно переходя в парк, выходил на нагорную лужайку Симакино с чудесным видом на Алексеевскую сторону, а справа замыкался плодовым садом с оранжереями и фунтовыми сараями. С той стороны реки, за небольшой лужайкой, симметрично подымался склон нашего старого сада, с такими же вековыми пихтами, дубами и липами, и оба дома, старый дедушкин и наш, молодой, переглядывались через речку и море зелени. И это не просто банальное выражение. Когда, стоя на балконе своей комнаты, я глядел на «ту сторону», эта кудрявая, живая и веселая, с бесконечным разнообразием оттенков зеленая ширь всегда напоминала мне волнующееся море. А слева на третьем холме, «на том боку», по паленскому жаргону, у опушки дубового бора Выруба высился еще один дом с красно-синим флагом на четырехугольной башне, то дяди Саши, второго брата моего отца. Эти три усадьбы, три ипостаси Пальны, и составляли наше родное гнездо. В 1907 году по невыясненной причине прелестный старый дедушкин дом сгорел дотла. На его месте выстроили новый, каменный, причем из пиетета постарались придать ему вид прежнего. Но это уже было не то.
Наш дом был выстроен на том самом месте, где некогда Василий Осипович Перваго начал возводить какие-то палаты к приезду императрицы Екатерины. Императрица, однако, изменила свой маршрут, и здание никогда не было завершено. Все планы нового дома были набросаны матерью; вся его внутренняя отделка, вплоть до мельчайших подробностей обстановки, была делом ее труда, забот и вкуса. Он был кирпичный, сливочного цвета, в чисто английском стиле, с выступами, треугольными фронтонами, пучками высоких труб. Комнаты были большие, очень высокие, выкрашенные светлой масляной краской; сквозь многостворчатые окна лился свет; лестницы были белые, коридоры широкие; обилие света и воздуха должно было благотворно действовать на душу и здоровье детей. В убранстве его не было ничего случайного; все было продумано тщательно и с любовью; во всем прогляlывал культурный и точный вкус моей матери. На своих путешествиях, в музеях, из альбомов и специальных журналов она зарисовала все, что поражало ее и могло пригодиться для ее нового дома. И у нас можно было найти и большие, до потолка, голландские печи из бело-синих расписных изразцов, и резные двери светлого дуба, точное воспроизведение какого-то флорентийского церковного портала, и глубокий камин в столовой, заимствованный из нюрнбергского дома Альбрехта Дюрера. Эта столовая со своими выдававшимися полукругом высокими окнами, прикрытыми ioiles de Genes, с темными балками потолка и аркой мореного дуба, с тяжелыми петровскими стульями, со старыми дельфтами и блестящей медной английской посудой на дубовых поставцах была по своим размерам и сочетанию красок одной из самых красивых комнат, которые мне приходилось видеть. Очень привлекательна была и моя комната, огромная и светлая, с голубыми стенами и белыми колоннами. Это был красивый, бодрый, радостный дом; ему недоставало только прелести старины». М.А. Стахович (1889—1967), «Ушедшее».


Церковь Архангела Михаила, она же Усыпальница Стаховичей 1830-е гг
В форме ро­тонды, построенная по плану московского зодчего Д.И. Жилярди.





Сзади есть вот такой вход, он открыт.



Вот такое маленькое, непонятного назначение помещение.
Если кто знает его назначение - напишите, пожалуйста.







Дом управляющего Стаховичей.





Рядом с домом управляющего есть еще один дом, явно того же времени постройки, из того же кирпича и в том же стиле.



«Дом актёра» или «дом молодых Стаховичей»
Почему дом актера так и не поняла, а читая описание дома от самого Стаховича - это получается дом брата отца.

В стилевых формах эклектики и псевдоготики.
Встречала информацию о том, что в этом здании жили беженцы, а так же фото этого здания в совершенно неприглядном виде. Потом на административном ресурсе, что выделены средства на реставрацию. И вот мы увидели уже здание уже в приличном виде, но до завершения работ, конечно еще далеко.







Охотничий домик.
Местные жители рассказали, что какое-то время там была баня, что можно увидеть в остатках отделки.
Внутри очень низкие проемы, приходилось даже слегка пригинаться.







Мостик через овраг.
Можно сказать осталась одна только стенка и малая часть самого начала - остальное разрушилось.





Труба спиртзавода.
От самого завода не осталось и следа



Руины школы кружевниц.
Одним из ближних к Ельцу центров кружевного промысла в уезде было с. Пальна, имение Стаховичей.
В 1892 г. в Паленском имении Стаховичей Надежда Александровна Огарева, сестра А.А. Стаховича, открыла частную школу кружевниц: мастеров кружевного дела и художников. Заранее Надежда Александровна из своих способных кружевниц имения послала нескольких сельских девушек в Петербург, в Мариинскую практическую школу С.А. Давыдовой. Так были подготовлены из местных кружевниц учителя Паленской школы.
В школу кружевниц набирали 30-35 девочек — подростков от 8-10 лет. Сельские девочки обеспечивались одеждой, обувью, питанием, обучались 4 года всем видам техники кружевоплетения, особенно обновленным образцам «старого елецкого русского кружева». Три часа в день подростки плели кружево самостоятельно. Школа и ее учителя-мастера оказывали помощь в повышении квалификации взрослым кружевницам, которые выполняли заказы школы на изготовлении кружевных изделий на условиях приемного пункта. Паленская школа в Петербурге имела свой кустарный склад, который отправлял в Париж и в другие города Европы изделия елецких кружевниц.
Более 25 лет дочь Александра Александровича Стаховича (1830 — 1913), Надежда Александровна Огарева-Стахович делала все возможное для развития и становления славы и художественного совершенствования Елецкого кружевного промысла.
В 1891-1892 гг. в эти неурожайные и голодные годы для крестьян Елецкого уезда, для которых кружевной промысел был средством и источником выживания, А.А. Стахович делает вторую попытку оказания помощи 30 тысячам елецких кружевниц. Александр Александрович решил организовать приемный пункт кружевных изделий по более высоким ценам, чем на рынке и у сельских торговцев.
Работницы промысла снабжались сырьем, материалами. Готовые кружевные изделия принимались за наличный расчет по договорным ценам. Кружевница работала и знала сколько она заработает и какое качество изделия она должна выполнить. Это избавляло кружевниц от кабальной зависимости скупщиков. Стаховичи скупали первосортные белые тонкие и шелковые кружева и поставляли их на кустарные склады в Москву и Петербург.
Вот тогда елецким кружевам французские купцы и присвоили рекламное название «елецкий валансьон».

Сохранился вот такой свидетель работы данной школы:



А вот сама школа, к сожалению, не сохранилась - остались только руины









Погреб или ледник.
Погреба есть абсолютно у каждого здания в этом селе, они очень похожи и находяться перед зданиями - данный сохранился вполне прилично и даже можно в него спуститься.









Остатки пешеходного мостика около школы кружевниц.
Найти информацию о том что это за мостик и время его возникновения не удалось. Если кто в курсе - пишите.







Вид с мостика.







Ну и уже традиция - закат.